Михаил Савва*: От имитационной демократии – к неототалитаризму


Статьи

Главная задача выступления – обосновать одно из направлений научного прогноза динамики российского режима. Акцент на слове «научный», поскольку важным является то, что недопустимо смешивать понятия пропаганды и научного прогноза. Даже огромные объемы пропагандистской информации не дают нам никаких оснований для осуществления научного прогноза.

В заголовке темы моего выступления есть два термина, которые не находятся в одной смысловой плоскости. Имитационная демократия, в отличие от неототалитаризма, не является типом политического режима. Тем не менее, я вынес в заголовок именно эти две точки, поскольку направление между ними наиболее четко характеризует вектор, по которому движется режим В. Путина в настоящее время.

Имитационная демократия – это характеристика любого недемократического режима, который вынужден хранить и демонстрировать миру какие-то формы демократических институтов, именно формы, без содержания. Элементы имитационной демократиииприсутствовала даже в очевидно тоталитарных режимах. Вспомним, что во времена Советского Союза периода руководства Сталина существовал Верховный Совет. Вспомним, что во времена Рейха был Рейхстаг, который, правда, с 1943 году не созывался на заседания, но был якобы представительным органом, с председателем в лице широко известного Германа Геринга.

Таким образом, абсолютно недемократические режимы прибегают к использованию форм демократических институтов с тем, чтобы представить себя не тем, чем они являются на самом деле.

Переходя к рассмотрению современного российского режима, необходимо признать его несомненно авторитарный характер. Есть споры относительно того, что же это за режим. Но я имел возможность в прошлом году, в рамках одного из исследований Центра исследования России, дополнительно убедиться в авторитарном характере российского режима. В ходе этого исследования было выделено 17 признаков авторитарного режима. Почему именно 17? Потому что характеризовать политический режим по трем, пяти, семи признаками нет никакого смысла. Политический режим – довольно сложная система. Для того, чтобы абсолютно уверенно утверждать, что режим авторитарный, нужна более подробная «разбивка» его характеристик. Сейчас я вернусь к этим 17 характеристикам с тем, чтобы показать на примере каждой, какая присутствует динамика, что происходит с этим признаком российского режима.

Первый признак: власть сконцентрирована в руках одного человека или группы лиц и опирается на личность харизматичного правителя.

Это абсолютно точно соответствует тому, что мы налюдаем в России в настоящее время. В. Путин не является единоличным правителем, он – центр  коммуникации и одновременно публичное лицо управляющей групп, в которую входит не менее 15 человек. Владимир Путин – чрезвычайно важная персона в этой группе, поскольку некоторые из ее членов даже не общаются между собой, испытывая друг к другу глубокую неприязнь. Им нужен центр коммуникации и, одновременно, им нужна харизма В. Путина, которую они используют.

 Этот признак остается устойчивым, он не меняется. И я хотел бы подчеркнуть, что именно эта характеристика режима В. Путина является одним из самых слабых его мест.

Опора на личность харизматичного правителя всегда формирует для авторитарных режимов проблему передачи власти. В случае с Россией это проблема 2024 года. Нынешней управляющей группировке будет чрезвычайно сложно найти преемника. А у В. Путина подходит к концу второй подряд срок президенских полномочий. Поэтому 2024 год станет абсолютно неизбежной точкой бифуркации для российского политического режима и для России в целом.

Второй признак: для системы управления характерно высокая степень централизма. Эта тенденция усиливается и в настоящее время, по 10-балльной шкале это уже выходит далеко за 5 баллов.

Третий признак: отчуждение общества от власти, предусматривает имитационный характер выборов. Очень интересная характеристика, и в России дело обстоит именно так. Но в последнее время, как это продемонстрировали выборы осеннего 2018 и весеннего 2019 избирательного циклов, растет тенденция протестного голосования. В частности, недавно в Усть-Илимске Иркутской области мэром избрали женщину, которая была техническим кандидатом. В выборах участвовал кандидат от партии власти, три домохозяйки с очевидной целью, чтобы у избирателей не оставалось никаких сомнений, за кого нужно голосовать. Но избиратели проголосовали за одну из этих трех домохозяек. Это  типичный и яркий пример протестного голосования на выборах муниципального уровня. Протест заявляет о себе таким образом, что вся российская вертикаль власти ничего не может с ним поделать.

Четвертый признак: элита формируется способом кооптации. То есть, не учитывая общественное мнение, к тем, кто уже находится в элите, представители этой же элиты добавляют новых игроков. Для российского режима наиболее характерным и ярким подтверждением этого признака является то, что дети членов правящей группы назначаются министрами. Для демократических режимов такое положение дел является невероятным, но путинский режим и не является демократическим.

Пятый признак: принцип разделения властей игнорируется, исполнительная власть доминирует. Здесь наблюдается интересная динамика. После избрания нового состава Государственной Думы и после того, как господин В. Володин ее возглавил, удельный вес этого представительного органа в системе российской власти несколько увеличился. Но это не является  динамикой института власти, это – следствие особенностей личности Вячеслава Володина. Этот человек всегда ымгоемится быть более влиятельной, и если ее «поставили» на Госдуму, то это делает и законодательный орган РФ более влиятельным. Такие изменения не меняют характеристику режима и не свидетельствуют о том, что в России начала усиливаться демократия.

Шестой признак: права и свободы граждан провозглашаются, но практически они ограничены, особенно в политической сфере. Динамика – отрицательная, то есть мы наблюдаем дальнейшее ограничение прав и свобод.

Седьмой признак: государственный контроль распространяется на неполитические сферы – экономику, культуру, религию, частную жизнь. Для современной России этот признак в системе признаков авторитарных режимов, является определенным исключением. В России уже достаточно длительное время, в течение нескольких лет, сфера влияния государства распространяется далеко за рамки политики и выборов. Здесь наиболее отчетливо мы наблюдаем тренд продвижения к неототалитаризму.

Восьмой признак: личность лишена гарантий безопасности в отношениях с государством. Этот признак хорошо иллюстрирует известная старая шутка сотрудников советского КГБ: если на вас еще нет уголовного дела, то это не ваша заслуга, это – наша недоработка. Ситуация в этой сфере продолжает обостряться.

Девятый признак: политика монополизирована властью, режим подавляет оппозицию, позволяя себе использовать неправовые методы. Признак совершенно очевидно проявляется в российской действительности. Очередным явным проявлением этой тенденции стали позавчерашние задержания в Ингушетии руководителей митинга протеста, которые пока получили по 10 суток ареста за якобы допущенные ими нарушение правил проведения массовых мероприятий. Но, как мне сообщили, у этих людей в ходе обысков изымались электронные носители информации. То есть, пока они будут отбывать административный арест, очевидно, будут сконструированы уголовные дела на основании информации, которая будет найдена на этих электронных носителях.

Десятый признак: в партийной системе доминирует одна партия. Здесь - без комментариев. Да, безусловно, это «Единая Россия», хотя тренд протестного голосования усиливается.

Одиннадцатый признак: власть проявляет терпимость по отношению к идейны течениям, лояльным к правящему режиму. Это – очередной признак авторитарного режима в ряду не очень типичных для современной России. Абсолютно лояльное идейное течение, например, - протестантизм.  В настоящее время российские протестанты попадают под жесткое преследование. Несколько десятков иеговистов, которые были не просто задержаны, а уже получили сроки заключения по соответствующим уголовным статьям, якобы за экстремистскую деятельность, являются ярким подтверждением тезиса о тренде перехода к неототалитаризму.

Двенадцатый признак: государственный сектор экономики жестко регламентирован, но функционирует в рамках рынка. Здесь также очевиден тренд к неототалитаризму. Анализ деятельности государственной корпорации «Ростех», которая является одной из экономических основ действующего режима, свидетельствует, что эта деятельность не выглядит как вполне рыночная.

Тринадцатый признак: режим контролирует средства массовой информации, которым разрешено критиковать отдельные недостатки.

Четырнадцатый признак: власть опирается на силу, которая является достаточной для того, чтобы принудить граждан к повиновению. К массовым репрессиям режим при этом не переходит. Это действительно так, массовых репрессий в РФ нет. И даже больше, в течение 2018 года в России зафиксирован положительный рекорд – наименьшее количество людей, отбывающих наказание в местах лишения свободы, начиная с 1991 года. То есть, лишают свободы ежегодно все меньше людей. В то же время, количество политических заключенных остается относительно стабильным. Вместе с людьми, которые преследуются за религиозные убеждения, их около 200 человек. Это количество удерживается уже несколько лет.

Пятнадцатый признак: все силовые структуры абсолютно неподконтрольны общественности, что совершенно очевидно для РФ, и создание «Росгвардии» дополнительно нам это подтверждает.

Шестнадцатый признак: гражданское общество является зависимым от государства, хотя оно не запрещено. В России создана уникальная по эффективности система осуществления контроля - «Фонд президентских грантов», который ежегодно распределяет средства в сумме порядка 9 млрд. рублей. В то же время, запрещена деятельность практически всех иностранных фондов.

Семнадцатый признак: права представителей национальных меньшинств ограничены. Яркое недавнее подтверждение наличия этого признака в современной России – исключение из законодательства нормы об обязательном изучении титульных языков субъектов Российской Федерации, в которых эти языки являются государственными.

Итак, согласно большинству из 17 перечисленных признаков, российский режим является авторитарным. В то же время, важно подчеркнуть, для этого режима имитация выступает уже несколько лет главным инструментом контроля. Телевизионная картина мира, которую получают люди, кардинально отличается от реальности. Но, как свидетельствуют итоги голосований, большинство россиян делают выбор в пользу телевизионной «картинки».

О динамике режима. Если перейти к количественным показателям, то для 12 признаков из 17 характерна динамика в сторону ужесточения. То есть, этот режим куда-то движется от авторитарного. Вопрос: куда? Не к привычному по учебникам тоталитарному режиму. Такие везде остались в прошлом, и не потому, что диктаторы стали добрее. Просто изменилось социально-технологическая среда.

Я говорю сейчас о неототалитаризм, которому присущи соответствующие признаки.

Неототалитаризм опирается на:

1. Действительное одобрение большинства граждан. Люди голосуют за своего лидера, и результаты этого голосования обеспечивается главным образом пропагандой. Известная среди политологов шутка: если в тоталитарных режимах 80% успеха обеспечивалось репрессиями и 20% - пропагандой, то в неототалитарных пропорции обратные: 20% - это репрессии и 80% - пропаганда. И это работает, учитывая вторую признак неототалитаризма:

2. Активное применение цифровых технологий. Любой человек в современном обществе оставляет массу электронных «следов», и, таким образом, становится существенно более уязвимым и более подконтрольным.

3. Интересная особенность неототалитарного режима, - в отличие от банального тоталитаризма, он поощряет миграцию. За железный занавес времен СССР было сложно вырваться. Неототалитарные режимы, наоборот, «выжимают» элиту за границу. Это приводит к деградации элиты, вследствие чего от на ее месте остаются лишь группировки сторонников действующего лидера, его друзья, родственники и так далее.

Отвечаю на первый вопрос, обозначенный в моем выступлении: куда дрейфует российский режим? В сторону неототалитаризма.

Что это для нас означает? В долгосрочной перспективе неототалитаризм обязательно, со 100% вероятностью, приводит к деградации государственных институтов, а также деградации экономической и социальной. Яркий пример – Зимбабве с Робертом Мугабе во главе. Зимбабве можно брать в качестве модельной ситуации современного неототалитаризма. Мы увидим, что будет происходить в России, на примере Зимбабве.

Но нужно учитывать, что такие режимы устойчивы в кратко- и среднесрочной перспективе. То есть, на период до 5 лет режим, безусловно, сохранится. Ближайшая точка бифуркации для него – это время решения сложной проблемы передачи власти в 2024 году.

Второй вопрос и ответ на него. Развалится ли Российская Федерация в ближайшее время? Нет, не развалится. Неототалитарные режимы, как уже было сказано, устойчивы в среднесрочной перспективе.

Достаточно длительное время я изучаю сепаратизм. Моя первая академическая статья по этому поводу была опубликована в 2001 году. Я достаточно много наблюдал за сепаратизмом в разных его проявлениях и могу уверенно утверждать: для России единственным фактором эффективности сепаратизма является слабость государственного центра. Как бы он ни назывался в разные периоды времени: имперский, советский, федеральный. То есть, если центр – сильный, то сепаратистские тенденции, латентно присутствующие постоянно, не реализуются. И не будут реализованы в современной России до момента катастрофического ослабления федерального центра.

Третье принципиальный вопрос и ответ на него: является ли режим Путина фашистским? Нет, безусловно, таким его считать нельзя. Сама постановка этого вопроса – является ли российский режим фашистским, не имеет смысла. Почему? Потому, что определений современного фашизма существует примерно столько же, сколько и авторов, которые об этом пишут.

Если говорить о доминирующей тенденции в англоязычной научной литературе, то современный фашизм – это палингенетический ультранационализм. Палингенетические идеологии не являются консервативными, они не призывают к возрождению нации. Они призывают создать новую нацию. Вспомним: новая арийская личность - у Гитлера, новый тип человека - «советский человек» в Советском Союзе. Но режим В. Путина чрезвычайно консервативен. Он, в этом смысле, противостоит современном фашизма. Точнее, не совпадает с ним.

Итак, если свести эти три вывода к очень короткому заключению, то необходимо готовиться к проблеме – 2024. Период подготовки к передаче власти и ее передача в условиях авторитаризма является периодом наибольшей уязвимости этого режима.


________

*Сведения об авторе:

Михаил Савва – председатель Правления Экспертной группы «Сова», Эксперт Центра исследования России, доктор политических наук, профессор.

Статья подготовлена на основе выступления на «круглом столе» «Современный политический режим в России: Quo vadis?»

 

04.06.2019 21:00:00